Обобщение судебной практики по вопросам применения главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации «Перемена лиц в обязательстве».10.09.2016 г., судья Фадеев С.М.

Предметом настоящего обобщения явились дела, рассмотренные Арбитражным судом Амурской области с применение положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации «Перемена лиц в обязательстве» за период 2014-2016 годы.

Целью настоящего обобщение является изучение правоприменительной практики по данному вопросу, а также выявление проблем, возникающих при рассмотрении дел.

Анализ причин обжалования и отмен судебных актов за исследуемый период показал, что связи с неправильным применением положений гражданского законодательства о перемене лиц в обязательствах отменено (изменено) 6 судебных актов.

По результатам обобщения судебной практики представляется необходимым обратить внимание на следующие выводы из судебной практики.

1. Исходя из системного толкования норм статей 325 и 365 ГК РФ, правовым основанием для требования поручителя, исполнившего обязательство за должника, будет не подпункт 1 пункта 2 статьи 325 ГК РФ, а статья 365 ГК РФ, в соответствии с которой поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству. Исполнение обязательства должника его поручителем не является основанием для прекращения указанного обязательства, а является основанием для перемены лиц в продолжающем существовать обязательстве.

При этом поручительство нескольких лиц можно квалифицировать как совместное поручительство лишь при наличии соответствующего их волеизъявления на это.

То есть, если несколько поручительств были даны по различным договорам поручительства раздельно друг от друга, то исполнение, произведенное одним из поручителей, влечет за собой переход к нему всех прав, принадлежавших кредитору (статья 387 ГК РФ), в том числе и обеспечивающих обязательство требований к каждому из других поручителей о солидарном с должником исполнении обеспеченного обязательства.

В рамках дела № А04-3201/2010 (о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Юрганз») рассматривалось заявление общества с ограниченной ответственностью «Дальнефтетранс» о замене кредитора в реестре требований кредиторов.

Определениями суда от 18.11.2010 и 10.03.2011 в реестр требований кредиторов ООО «Юрганз» включены требования Банка ВТБ в общей сумме 1 776 679 543 руб. 55 коп., возникшие в связи с неисполнением заключенного между Банком ВТБ и ООО «Юрганз» кредитного соглашения, договоров поручительства, между теми же лицами в целях обеспечения исполнения обязательств ООО «Востоктранскомпани» по кредитным соглашениям и договоров о залоге железнодорожного подвижного состава.

Впоследствии, общество с ограниченной ответственностью «Дальнефтетранс», сославшись на исполнение им обязательства ООО «Юрганз» перед Банком ВТБ на сумму 81 831 331 руб. 84 коп., обратилось в арбитражный суд с заявлением о замене Банка в реестре требований кредиторов на ООО «Дальнефтетранс» в исполненной части.

Определением суда заявление удовлетворено частично, произведена замена в реестре требований кредиторов ООО «Юрганз» кредитора - Банк ВТБ (открытое акционерное общество) по сумме требований 27 277 110 руб. 61 коп. - основной долг на нового кредитора ООО «Дальнефтетранс» с суммой требований 27 277 110 руб. 61 коп. - основной долг в качестве обеспеченного залогом, с учетом того, что право залогового кредитора - ООО «Дальнефтетранс» носит обеспечительный характер и возникло при исполнении договора поручительства. В остальной части в требованиях по заявлению отказано.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что поскольку платежами, произведенными заявителем в ходе исполнения мирового соглашения, погашена задолженность ООО «Востоктранскомпани» по его кредитным договорам с Банком, то в рассматриваемом случае возникла ситуация при которой один из трех поручителей по обязательствам ООО «Востоктранскомпани» исполнил за должника его обязательства перед основным кредитором - Банком ВТБ в части.

Суд руководствовался разъяснениями пункта 30 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», а также правилами статей 325, 365 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Постановлением апелляционного суда определение суда первой инстанции изменено, требование ООО «Дальнефтетранс» удовлетворено в полном объеме, произведена замена в реестре требований кредиторов ООО «Юрганз» кредитора - Банк ВТБ (открытое акционерное общество) в сумме требований 81 831 331 руб. 84 коп. основного долга на нового кредитора ООО «Дальнефтетранс» с суммой требований 81 831 331 руб. 84 коп. основного долга в качестве обеспеченного залогом.

Изменяя определение суда первой инстанции, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382, статьей 384 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в том числе права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права.

Согласно статье 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация, уступка требования, перевод долга и в других случаях) суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

По смыслу указанной нормы замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном процессе может иметь место лишь тогда, когда правопреемство произошло в материальном правоотношении. В связи с этим исследованию и оценке подлежат доказательства, которыми заявитель обосновывает переход прав и обязанностей в материальном правоотношении.

Из названной нормы права усматривается, что перечень оснований для правопреемства в случаях перемены лиц в обязательствах не является исчерпывающим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

Факт исполнения ООО «Дальнефтетранс», как поручителем, обязательств должника в размере 81 831 331, 84 рубля, подтвержден материалами дела и не оспаривался Банком.

Учитывая, что перечень оснований для перемены лиц в обязательстве, закрепленный в пункте 1 статьи 48 АПК РФ, не является исчерпывающим, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что исполнение обязательств поручителем в данном случае влечет процессуальное правопреемство.

Подтверждением того, что в рассматриваемом случае происходит именно перемена лиц в обязательстве, служит закрепленная в главе 24 ГК РФ норма материального права, согласно которой права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона вследствие исполнения обязательств должника его поручителем (статья 387 ГК РФ).

В силу абзаца 4 статьи 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона и наступления указанных в нем обстоятельств вследствие исполнения обязательства должника его поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству.

Исходя из системного толкования норм статей 325 и 365 ГК РФ, правовым основанием для требования поручителя, исполнившего обязательство за должника, будет не подпункт 1 пункта 2 статьи 325 ГК РФ, а статья 365 ГК РФ, в соответствии с которой поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству.

Исполнение обязательства должника его поручителем не является основанием для прекращения указанного обязательства, а является основанием для перемены лиц в продолжающем существовать обязательстве. Поскольку ООО «Дальнефтетранс» погасило долг должника перед Банком, обязательство должника не прекратилось, что является основанием для перехода прав кредитора к поручителю.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требования ООО «Дальнефтетранс» в 1/3 его части, и отказа в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве полностью.

При этом апелляционная инстанция указала, что судом первой инстанции не учтено, что поручительство нескольких лиц можно квалифицировать как совместное поручительство лишь при наличии соответствующего их волеизъявления на это.

Заключенные между Банком и АО «Дальневосточная транспортная группа», ООО «Дальнефтетранс», ООО «Юрганз» раздельно друг от друга договоры поручительства указания на совместное обеспечение всеми поручителями основного обязательства не содержат.

Поскольку материалами дела не подтверждено, что должником и поручителями дано совместное поручительство, поэтому возможности применения к их отношениям статьи 325 ГК РФ не имеется.

Пересматривая постановление апелляционной инстанции и оставляя его без изменения, кассационная инстанция исходила также из разъяснений, изложенных в пункте 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42, согласно которым если несколько поручительств были даны по различным договорам поручительства раздельно друг от друга, то исполнение, произведенное одним из поручителей, влечет за собой переход к нему всех прав, принадлежавших кредитору (статья 387 ГК РФ), в том числе и обеспечивающих обязательство требований к каждому из других поручителей о солидарном с должником исполнении обеспеченного обязательства. Иное может быть предусмотрено соглашением между поручителями.

Поручители, давшие поручительство посредством заключения каждым из них самостоятельного договора поручительства с кредитором, при отсутствии в договорах указания на совместное обеспечение обязательства, не являются лицами, совместно давшими поручительство по смыслу пункта 3 статьи 363 ГК РФ (пункт 27 постановления Пленума № 42).

В рамках приведенного дела о банкротстве (А04-3201/2010) состоялись еще три случая изменения судебных актов суда первой инстанции по аналогичным основаниям, принятых одним и тем же судьей в короткий промежуток времени.

 

2. В том случае, если судебные расходы фактически стороной по делу не понесены, правопредшественнику заявителя о процессуальном правопреемстве судебные издержки судом не присуждались, то следует признавать, что переход права в материальном правоотношении не состоялся.

Так, по делу № А04-1130/2015 рассматривалось заявление индивидуального предпринимателя Тучика А.А. о замене в порядке процессуального правопреемства открытого акционерного общества ОАО «Востокагромашстрой» на правопреемника - предпринимателя Тучика А.А. в связи с заключением договора цессии в части требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя.

В обоснование заявленного требования предприниматель указал, что между ОАО «Востокагромашстрой» (цедент) и предпринимателем Тучиком А.А. (цессионарий) заключен договор цессии, по условиям которого цедент в счет погашения обязательства перед цессионарием по договору оказания юридических услуг уступил, а цессионарий принял в полном объеме право требование на взыскание денежных средств, являющихся судебными расходами по делу № А04-1130/2015 в сумме 30 000 руб., с Управления ЖКХ города Благовещенска, именуемого «должник».

Разрешая заявление, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 48 АПК РФ, статьями 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что уступка права требования состоялась, правопреемство в материальном правоотношении произошло, в связи с чем произвел замену ОАО «Востокагромашстрой» в части требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя на предпринимателя Тучика А.А.

Суд апелляционной инстанции отменил определение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении заявления предпринимателя по следующим основаниям.

В силу статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В данном случае заявитель ссылался на уступку истцом предпринимателю права требования судебных расходов с ответчика.

Согласно пункту 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. По смыслу указанной нормы возмещению подлежат только фактически произведенные стороной судебные расходы.

Апелляционным судом установлено, что фактически судебные расходы на оплату услуг представителя истцом не понесены.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в пункте 9 Постановления от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» переход права, защищаемого в суде, в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.) влечет переход права на возмещение судебных издержек, поскольку право на такое возмещение не связано неразрывно с личностью участника процесса (статьи 58, 382, 383, 1112 ГК РФ). В указанном случае суд производит замену лица, участвующего в деле, его правопреемником (статья 44 ГПК РФ, статья 44 КАС РФ, статья 48 АПК РФ).

Уступка права на возмещение судебных издержек как такового допускается не только после их присуждения лицу, участвующему в деле, но и в период рассмотрения дела судом (статьи 382, 383, 388.1 ГК РФ).

Заключение указанного соглашения до присуждения судебных издержек не влечет процессуальную замену лица, участвующего в деле, и уступившего право на возмещение судебных издержек, его правопреемником, поскольку такое право возникает и переходит к правопреемнику лишь в момент присуждения судебных издержек в пользу правопредшественника (пункт 2 статьи 388.1 ГК РФ).

В рассматриваемом случае судебные расходы фактически истцом не понесены, правопредшественнику заявителя судебные издержки судом первой инстанции до принятия оспариваемого определения не присуждались. Следовательно, на момент рассмотрения судом заявления о правопреемстве переход права в материальном правоотношении не состоялся.

 

3. В силу положений статьи 410 ГК РФ по заявлению должника обязательство может быть прекращено полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо не указан или определен моментом востребования. В качестве исключения из общего правила встречности зачитываемых требований статьи 412 ГК РФ предоставляет должнику право зачесть против требования нового кредитора (цессионария) свое требование к прежнему кредитору (цеденту). При этом требование должника, которое предъявляется к зачету, не является встречным по отношению к новому кредитору. Однако, устанавливая подобное изъятие, закон руководствуется общим принципом цессионного права - недопустимостью ухудшения положения должника в результате уступки.

Общество с ограниченной ответственностью «Взлет» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Контрольно-счетной палате города Благовещенска, Финансовому управлению администрации города Благовещенска о взыскании задолженности за оказанные услуги по муниципальному контракту, неустойки (дело № А04-11415/2015).

В ходе рассмотрения дела судом принято встречное исковое заявление Контрольно-счетной палаты к ООО «Взлет» о взыскании неустойки за просрочку исполнения обязательств по этому же муниципальному контракту.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, первоначальный иск удовлетворен частично, в пользу общества «Взлет» с Контрольно-счетной палаты взыскан основной долг, в удовлетворении остальной части иска отказано. В удовлетворении встречного иска отказано.

В рамках рассмотрения приведенного дела судами установлено, что между Контрольно-счетной палатой города Благовещенска (заказчик) и ООО «РСУ «Север» (исполнитель) заключен муниципальный контракт, по условиям которого заказчик поручил, а исполнитель принял на себя обязательства по проведению строительной экспертизы фактически выполненных подрядчиком объемов работ на объекте «Реконструкция очистных сооружений Северного жилого района, г. Благовещенск, Амурская область».

Факт выполнения обществом «РСУ «Север» работ в полном объеме подтвержден надлежащими доказательствами и сторонами не оспаривался, однако выполненные работы оплачены Контрольно-счетной палатой лишь частично.

В дальнейшем между ООО «Атас Констракшн» (финансовый агент) и ООО «РСУ «Север» (клиент (кредитор)) заключен договор финансирования под уступку денежного требования, согласно пункту 1.1. которого финансовый агент передал клиенту 1 000 000 руб. в счет денежного требования клиента (кредитора) к третьему лицу (должнику) - Контрольно-счетной палате города Благовещенска, вытекающего из выполнения клиентом должнику работ по проведению строительной экспертизы фактически выполненных подрядчиком объемов работ на объекте «Реконструкция очистных сооружений Северного жилого района, г. Благовещенск, Амурская область» согласно муниципальному контракту, а клиент уступил финансовому агенту это денежное требование.

Затем аналогичный договор финансирования под уступку денежного требования заключен между ООО «Взлет» (финансовый агент) и ООО «Атас Констракшн» (клиент (кредитор)), по условиям которого финансовый агент передал клиенту денежные средства в размере 750 000 руб. в счет денежного требования клиента (кредитора) к третьему лицу (должнику) - Контрольно-счетной палате города Благовещенска.

Контрольно-счетная палата города Благовещенска уведомлена о заключении указанных договоров.

Ссылаясь на то обстоятельство, что задолженность Контрольно-счетной палаты по уступленным денежным требования не погашена, общество «Взлет» обратилось в арбитражный суд с настоящими иском.

В свою очередь, Контрольно-счетная палата предъявила встречные исковые требования о взыскании неустойки за просрочку исполнения обязательств по этому же муниципальному контракту.

Частично удовлетворяя первоначальные исковые требования и отказывая во встречном иске, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что факт выполнения исполнителем работ по договору усматривается из материалов дела, доказательств погашения задолженности не представлены, требование заказчика о взыскании неустойки предъявлено к ненадлежащему ответчику.

Отменяя судебные акты первой и апелляционной инстанций и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, кассация указала, что вывод судов об ошибочности позиции Контрольно-счетной палаты о наличии взаимных требований у истца и ответчика сделан без учета того обстоятельства, что взаимоотношения сторон муниципального контракта нельзя рассматривать в отрыве от договоров факторинга, заключенных ООО «РСУ «Север» с ООО «Атас Констракшн» и ООО «Атас Констракшн» с ООО «Взлет», и при разрешении настоящего спора суды должны были учитывать также и нормы главы 43 Гражданского кодекса Российской Федерации «Финансирование под уступку денежного требования».

В соответствии с пунктом 1 статьи 824 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансирования под уступку денежного требования одна сторона (финансовый агент) передает или обязуется передать другой стороне (клиенту) денежные средства в счет денежного требования клиента (кредитора) к третьему лицу (должнику), вытекающего из предоставления клиентом товаров, выполнения им работ или оказания услуг третьему лицу, а клиент уступает или обязуется уступить финансовому агенту это денежное требование.

Поскольку общество «РСУ "Север», а в последующем ООО «Атас Констракшн», переуступило ООО «Взлет» денежное требование к Контрольно-счетной палате, то исходя из положений статьи 830 ГК РФ у Контрольно-счетной палаты возникло обязательство при соответствующем уведомлении выполнить свои обязательства по оплате именно названному обществу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 832 ГК РФ в случае обращения финансового агента к должнику с требованием произвести платеж, должник вправе в соответствии со статьями 410 - 412 настоящего Кодекса предъявить к зачету свои денежные требования, основанные на договоре с клиентом, которые уже имелись у должника ко времени, когда им было получено уведомление об уступке требования финансовому агенту.

Таким образом, встречные требования должника должны возникнуть до уступки обязательств клиента финансовому агенту, срок требования должника к клиенту (первоначальному кредитору) должен наступить до получения должником уведомления об уступке требования.

Из статей 407, 410 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

В случае уступки требования должник вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору (статья 412 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по смыслу указанных правовых норм последствием уступки требования является замена кредитора в конкретном обязательстве (а не стороны в договоре), в содержание которого входит уступленное требование. При этом требование должника, которое предъявляется к зачету, не является встречным по отношению к новому кредитору; новому кредитору может быть неизвестно о наличии у должника права на прекращение обязательства в целом или части зачетом; зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

Из принципов равенства участников гражданских отношений, свободы договора, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) следует, что перемена кредитора в обязательстве не должна ухудшать положение должника. Возражения, которые должник имел против требований первоначального кредитора, существовавшие к моменту получения уведомления об уступке, могут быть заявлены новому кредитору.

Приведенная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2015 № 307-ЭС15-6545.

Кассационная инстанция установила, что к моменту получения Контрольно-счетной палатой уведомления об уступке требования обязанность ООО «РСУ «Север» выплатить неустойку существовала. Контрольно-счетная палата правомерно противопоставила требованию ООО «Взлет» (нового кредитора) требования, имевшиеся к ООО «РСУ «Север» (прежнему кредитору).

При этом вывод судов о том, что уступка права (требования) оплаты выполненных работ и применения мер ответственности за просрочку оплаты не может привести к переводу на цессионария соответствующих обязанностей, лежащих на цеденте как стороне муниципального контракта, для замены должника необходим перевод долга, но стороны такую сделку не совершали, сделан без учета того, что в споре по настоящему делу финансовый агент (ООО «Взлет») потребовал взыскать с заказчика (должника по оплате результата работ) сумму долга. Должник защищался против требований нового кредитора предъявлением встречного иска, направленным на зачет первоначальных требований, что допускается законом. В этом случае закон не требует перевода обязанностей цедента по исполнению обязательств перед должником на цессионария.

 

4. Определением произведена замена взыскателя в порядке процессуального правопреемства, поскольку, заключив договор уступки права требования, общество стало новым кредитором; должник уведомлен о состоявшейся уступке; на момент направления должником заявления о взаимозачете у бывшего взыскателя отсутствовало право требования долга по исполнительному листу, что исключает зачет взаимных требований.

ООО «Хабаровская Строительная Организация» в рамках дела № А04-2213/2014 обратилось в арбитражный суд с заявлением о замене взыскателя на процессуального правопреемника - общество с ограниченной ответственностью «Дальхимпром» в связи с заключением договора уступки прав требования.

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда заявление ООО «Хабаровская Строительная Организация» удовлетворено, произведена процессуальная замена взыскателя на ООО «Дальхимпром».

Не согласившись с вынесенными судебными актами, предприниматель Мехедова А.С. (должник) обратилась с кассационной жалобой, в которой просила определение суда и постановление суда апелляционной инстанции отменить, в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве отказать. В обоснование своей правовой позиции указала на ее ненадлежащее уведомление о состоявшейся уступке. Ссылается на заключение с ООО «Амурское региональное управление исполнения государственного заказа» договора цессии, в рамках которого предприниматель приобрела право требования к ООО «Хабаровская Строительная Организация» суммы долга и направила в адрес последнего заявление о зачете встречного однородного требования. По мнению предпринимателя, обязательство по оплате в пользу ООО «Хабаровская Строительная Организация» прекращено исполнением, вследствие чего процессуальное правопреемство невозможно.

Как установлено судами, между ООО «Хабаровская Строительная Организация» (цедент) и ООО «Дальхимпром» (цессионарий) заключен договор уступки права требования от 18.07.2014, в соответствии с которым цедент уступает, а цессионарий принимает право требования по решению Арбитражного суда Амурской области по делу № А04-2213/2014 от 03.07.2014 о взыскании с предпринимателя Мехедовой А.С. в пользу ООО «Хабаровская Строительная Организация» неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

При этом установлено, что стороны договора цессии достигли соглашение по всем его существенным условиям, договор заключен в простой письменной форме. Проанализировав содержание договора, суды признали его заключенным, соответствующим положениям главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В результате заключения указанного договора ООО «Хабаровская Строительная Организация» выбыло из спорных отношений, перестало быть взыскателем по делу № А04-2213/2014, в связи с чем суды произвели замену взыскателя на его процессуального правопреемника - ООО «Дальхимпром».

В соответствии с пунктом 1 статьи 389 ГК РФ уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

Момент перехода права к новому кредитору определяется общими правилами о заключении договора (статья 425 ГК РФ).

Так, в силу части 1 статьи 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

На основании пункта 1 статьи 389.1 ГК РФ взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются настоящим Кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка. Согласно пункту 2 указанной статьи требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Судом апелляционной инстанции также установлено, что 15.09.2014 между предпринимателем Мехедовой А.С. и ООО «Амурское региональное управление исполнения государственного заказа» заключен договор цессии, по которому предприниматель приняла часть права требования долга к ООО «Хабаровская Строительная Организация» по решению суда по делу N А04-379/2014.

16.09.2014 предприниматель уведомил ООО «Хабаровская Строительная Организация» о зачете встречных однородных требований.

Стороны договоров цессии предусмотрели вступление в силу обязательств со дня подписания сделок, соответственно, 18.07.2014 и 15.09.2014.

Суды пришли к выводу о том, что на момент направления предпринимателем уведомления о взаимозачете (16.09.2014) на основании ст. 410 ГК РФ у ООО «Хабаровская Строительная Организация» отсутствовало право требования долга по исполнительному листу по делу № А04-2213/2014 Арбитражного суда Амурской области (кредитором с 18.07.2014 являлось иное лицо - ООО «Дальхимпром»), что исключает зачет взаимных требований.

Состоявшиеся судебные акты судов первой и апелляционной инстанций оставлены кассацией без изменения.

 

5. Существенным условиями соглашения об уступке права требования является условие о переходе обязательства на нового должника, которое должно включать основание возникновения данного обязательства, его содержание и объем (указание на его предмет - само обязательственное право требования одного лица (первоначального кредитора, цедента), которое подлежит передаче другому лицу (цессионарию).

В рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Коммунальные системы БАМа» (дело № А04-3885/2014) конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с требованиями о признании договоров уступки права требования (цессии), заключенных между ООО «Управляющая компания «Коммунальные системы БАМа» и ОАО «Коммунальные системы БАМа», недействительным, о применении последствий недействительности сделок.

Обращаясь в суд, конкурсный управляющий должника, действуя в порядке статьи 61.1 Закона о банкротстве, приводил доводы о том, что в результате заключения указанных договоров была нарушена очередность удовлетворения требований кредиторов.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции оценил спорную сделку в соответствии с нормами глав 24, 28 ГК РФ, при этом исходил из следующего.

В силу пунктов 1, 2 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Правила о переходе прав кредитора к другому лицу не применяются к регрессным требованиям. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со статьей 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Следовательно, кредитор вправе уступить свои права полностью или частично в случае, когда докажет, что он полностью или частично выполнил свои обязательства по договору и является кредитором, которым был первоначально.

В силу пункта 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Существенным условиями соглашения об уступке права требования является условие о переходе обязательства на нового должника, которое должно включать основание возникновения данного обязательства, его содержание и объем (указание на его предмет - само обязательственное право требования одного лица (первоначального кредитора, цедента), которое подлежит передаче другому лицу (цессионарию).

В предмете договоров цессии указано об уступке права требования долга квартиросъемщиков по поселению Аносовская на конкретную сумму.

Вместе с тем, согласно условиям названных договоров первоначальный кредитор сверяет переданные по настоящему договору долги. При нахождении несоответствий (изменений) переданной задолженности в течение двух месяцев оформляются изменения в первоначальный договор об уступке требования (цессии).

Суд пришел к выводу о том, что на дату подписания договора размер передаваемого долга квартиросъемщиков достоверно не определен.

Поскольку условия спорных договоров не позволяют однозначно определить точное содержание, объем и основание возникновения обязательства, право требования, которое передано цедентом, не позволяют определенно установить размер уменьшаемой дебиторской задолженности первоначального кредитора перед новым кредитором, поскольку не указаны конкретные договора на поставку тепловой энергии и горячего водоснабжения и на поставку холодного водоснабжения и прием сточных вод, периоды и размер задолженности, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что вышеуказанные договора не соответствует требованиям главы 24 ГК РФ, и как следствие являются незаключенными.

Как следует из разъяснений, данных в Информационном письме Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 № 165 договор, являющийся незаключенным вследствие несогласования существенных условий, не может быть признан недействительным, так как он не только не порождает последствий, на которые был направлен, но и является отсутствующим фактически ввиду недостижения сторонами какого-либо соглашения, а следовательно, не может породить такие последствия в будущем.

Апелляционная инстанция поддержала позицию суда первой инстанции.

 

6. Если на день рассмотрения заявления заинтересованного лица о процессуальном правопреемстве взыскателя на стадии исполнения судебного акта суд установит факт исполнения должником требований исполнительного документа, то такое заявление удовлетворению не подлежит.

Удовлетворение судом рассматриваемого требования повлечет за собой возникновение у должника обязательства повторно перечислить взысканные с него судебным актом суммы, право требования в отношении которых возникло у заявителя в результате заключения с первоначальным кредитором договора уступки права требования (цессии), что противоречит положениям пункта 3 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые направлены на защиту интересов должника, исключая возможность предъявления к нему повторного требования в отношении исполненного обязательства со стороны первоначального либо нового кредитора.

Решением арбитражного суда по делу № А04-8778/2014 с администрации города в пользу индивидуального предпринимателя взыскана задолженность по оплате выполненных работ по договору подряда, проценты за пользование чужими денежными средствами, а также расходы на оплату услуг представителя.

На основании вступившего в законную силу судебного акта предпринимателю выдан исполнительный лист.

В последующем, между предпринимателем и обществом с ограниченной ответственностью заключен договор уступки права требования (цессии), по которому к обществу перешло право требования к должнику, возникшее на основании вступившего в законную силу судебного акта.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве взыскателя, основанном на приведенных обстоятельствах.

В ходе рассмотрения заявления должник возражал против данного требования, указав, в частности, что он в полном объеме погасил задолженность перед взыскателем, представив при этом соответствующие доказательства.

Рассмотрев требования общества и установив факт исполнения должником требований исполнительного документа, суд в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве отказал по следующим основаниям.

Частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 389.1 ГК РФ требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае суд установил факт исполнения должником требований исполнительного документа. Удовлетворение судом рассматриваемого требования о процессуальном правопреемстве повлекло бы за собой возникновение у должника обязательства повторно перечислить взысканные с него судебным актом суммы, право требования в отношении которых возникло у заявителя в результате заключения с первоначальным кредитором договора уступки права требования (цессии), что противоречит положениям пункта 3 статьи 389.1 ГК РФ, направленным на защиту интересов должника, исключая возможность предъявления к нему повторного требования в отношении исполненного обязательства со стороны первоначального либо нового кредитора.

Общество с ограниченной ответственностью (цессионарий) не лишено возможности заявить соответствующие требования к предпринимателю (цеденту) по основаниям, предусмотренным пунктом 3 статьи 389.1 ГК РФ, согласно которым цедент обязан передать цессионарию все полученное от должника в счет уступленного требования.

Вместе с тем, при разрешении подобных заявлений у судей возникает вопрос – имеют ли значение обстоятельства исполнения должником требований исполнительного документа, в частности, исполнение должником требований исполнительного документа в пользу первоначального кредитора до уведомления его о состоявшейся уступке права требования, либо после получения должником такого уведомления? 

Представляется, что пункт 3 статьи 382 ГК РФ, устанавливая правило, обеспечивающее защиту интересов должника, и запрещая предъявление к нему повторного требования новым кредитором, если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, прямо не предусматривает, что в случае исполнения обязательства прежнему кредитору после получения уведомления об уступке, должник обязан повторно произвести исполнение.

В данном случае, новый кредитор вправе истребовать исполненное должником от прежнего кредитора как неосновательно полученное.

Аналогично к разрешению спорного вопроса судьи Арбитражного суда Амурской области подходили и по делам, когда в суд обращался с иском новый кредитор, а ответчик представлял доказательства исполнения части требований в пользу предыдущего кредитора, в том числе и при наличии надлежащего уведомления ответчика о состоявшейся уступке права требования до такого исполнения (споры о ненадлежащем исполнении обязательств по договорам страхования).

Такой подход суда поддерживался и Шестым арбитражным апелляционным судом.

Вместе с тем, в практике арбитражных судов имеется и иной подход, в соответствии с которым исполнение должником обязательства в пользу предыдущего кредитора, при наличии надлежащего уведомления должника о состоявшейся уступке права требования, нельзя признать исполненным надлежащему кредитору (например, постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.07.2016 по делу № А41-18657/2014).

Приведенный вопрос по результатам обобщения подготовлен для направления в Арбитражный суд Дальневосточного округа (по запросу от 26.08.2016 № 01-14/79). Кроме того, исследуемый вопрос предлагается направить в Верховный Суд Российской Федерации (по запросам от 25.08.2016, от 12.09.2016 № 7-ВС-6630/16).

Обобщение предлагается утвердить и принять для использования в работе в целях недопущения аналогичных нарушений по другим делам.

Опубликовано: 19.09.2016 08:28 Обновлено: 17.04.2019 08:00